Достойно прошел через огонь и время

Вечером 6 ноября 1943 года он возвращался с работы: «Абый, тебе пришла повестка, – сказала совсем юная почтальонка, выбежав навстречу Вагизу Кадырову, – завтра вам надо ехать в райвоенкомат», – и протянула ему бумагу. Вагиз в последнее время каким-то внутренним чутьем ждал эту повестку. Ведь его одноклассники и товарищи из деревни Митряево давно уже воевали на фронте.

От неожиданной вести у матери из рук выпала кастрюля, она обессиленно опустилась на стул… Всю ночь собирала сыну дорожный мешок, напекла лепешек, насушила сухарей из ржаного хлеба…

Утром Вагиза отвезли в Азнакаевский райвоенкомат на повозке, запряженной лучшими лошадьми бригады. К указанному времени в райвоенкомате собрались все призывники, и повозки тронулись на железнодорожный вокзал в Бугульму. Оттуда поезд с новобранцами отправился в сторону Сибири. Их выгрузили в городе Ялуторовск в Тюменской области. Там дислоцировался 1332-й стрелковый полк, где готовили младших командиров. Курсант Кадыров полгода, до мая 1944-го, изучал устройство 82-миллиметровой минометной пушки.

После окончания курсов новоиспеченных бойцов направили через Казань в Белосток, затем – в Псков. Линия фронта находилась тогда в 50-60 километрах от Пскова. В Белостоке им раздали винтовки, собранные на поле боя, грязные, без штыков и шомполов. Разве с ними можно воевать? Получив такое вооружение, бойцы расстроились. Но это все-таки не одна винтовка на двоих, как было в начале войны, успокаивали друг друга…

В те годы военная промышленность страны уже предостаточно производила оружия для фронта. Наверное, поэтому через несколько дней им выдали новое обмундирование и новое оружие – только что с завода. Однажды вместо ночных учений их повезли на железнодорожную станцию и отправили на запад. Под огнем снарядов и пуль шли, наступая на пятки немцам, на запад…

…Сегодня снова батальон поднимается в атаку. Трассирующие пули, оставляя за собой светящие хвосты, свистят и слева, и справа. От минометного попадания два бойца из пулеметного расчета, охранявшего штаб полка, вышли из строя. Расчет надо срочно пополнить. Рослого и коренастого Вагиза вызвали в штаб полка, закрепили на этом расчете и дали ручной пулемет.

Однажды его жизнь висела на волоске. Это случилось в тылу немцев. Он в составе группы разведчиков должен был заградить отход немцев до начала наступления основных сил наших войск. Этот случай долго ему будет сниться в страшных снах. На второй день немцы почуяли, что у них в тылу советские разведчики. И началась сумятица. Днем на наших бойцов обрушился шквальный огонь из разнокалиберных минометов, а ночью становилось светло, как днем, от ярких немецких прожекторов. «В последний раз мы лежали в укрытии под крышей какого-то здания, – вспоминал Вагиз абый, – у уха свистели пули. Я поднял голову, чтоб узнать – откуда. Оказывается, в меня стрелял немец с крыши. Я дал автоматную очередь и побежал за своими в сторону леса. Пробежал несколько метров и вдруг почувствовал сильный удар – словно на руку повесили двухпудовую гирю. Ручьем потекла кровь. Осколок, пробив шинель, под ним фуфайку, гимнастерку, раздробив кость руки, вылетел. Ранение оказалось сквозное. Я до этого не знал, что такое страх смерти. Тогда я впервые испугался»…

Война уже подходила к концу, и Вагиз решил во что бы то ни стало выжить. Собрав все силы, волоча оружие по земле, он успел углубиться в лес. Товарищи его потом подобрали. Всех раненых собрали сначала в полуразрушенной церкви, затем отправили в тыловой госпиталь.

Для Вагиза война закончилась. После выздоровления в свое родное Митряево он вернулся 3 февраля 1945 года инвалидом второй группы. Прожив трудную жизнь, Вагиз-ага никогда не жаловался. Даже когда потерял жену, которая долгие годы была прикована к постели, он не сломался. Радовался успехам дочери и внуков, ценил каждый день.

В 2014 году его не стало… Но память о настоящем герое, прошедшем войну и оставшемся Человеком, жива.