Боец отряда «Барс-13» признается, что стал стал совсем другим человеком
Дмитрий Орлов работал пресс-секретарем в спортивном клубе и внезапно для своих коллег заключил контракт и ушел на СВО.
Сначала был стрелком, потом оператором БПЛА. Говорит, что не мог смотреть, как страдают жители Донбасса, поэтому кардинально поменял свою жизнь.
«Трудно почувствовать себя мужиком в городе, а там ты можешь решать что-то»
92 дня под обстрелами с небольшими передышками... Когда-то Дмитрий Орлов имел гражданскую специальность — работал пресс-секретарем в женском волейбольном клубе «Динамо-Казань», а потом вдруг решил все поменять в жизни.
«У меня была сидячая, спокойная писательская работа — писал обзоры к матчам, новости для сайта клуба, заполнял документацию. Побывав в зоне боевых действий, я пересмотрел свои взгляды на жизнь и понял — чтобы выжить, мне нужно научиться работать руками, освоить навыки работы с деревом, железом. Я проанализировал рабочие специальности и выбрал для себя одну из наиболее интеллектуальных профессий — оператор станков с программным управлением. Пока я на 22-м заводе в учениках. Делаю детали для бомбардировщиков и гражданских самолетов Ту-160, Ту-214, ремонт Ту-22М3», — рассказывает Дмитрий.
Он признается: вернувшись с СВО, стал совсем другим человеком — в чем-то крепче, где-то жестче. По его словам, война — это возможность почувствовать себя мужчиной по-настоящему.
«В гражданской жизни такого вообще нет, таких ощущений не получишь. Трудно почувствовать себя мужиком в городе. А там ты понимаешь, что можешь решать что-то, можешь делать, можешь добиваться своих целей, и кого-то за это даже награждают», — рассказал Дмитрий Орлов.
«Мы такие молодые, а уже считаемся ветеранами, это накладывает высокую моральную ответственность»
На его груди блестят две медали: Царьградский крест «За доблесть» — это награда от Союза добровольцев Донбасса — и медаль «За отвагу». Ее он получил из рук Раиса Татарстана Рустама Минниханова.
«Я был очень удивлен: разве я совершил какой-то подвиг? Обычно награждают за преодоление какой-то сложной ситуации. Когда я выходил на задание, мне это просто нравилось. Все привыкли, что с медалями ходят пожилые люди, ветераны Великой Отечественной. А тут мы, такие молодые, а уже считаемся ветеранами. Это непривычно и накладывает высокую моральную ответственность, мы должны быть похожими на героев Победы 1945 года», — считает Дмитрий, он до сих пор не знает, за что конкретно был награжден.
Боец говорит «Я только знаю, что приказ о награждении подписан 19 декабря 2022 года Путиным. Возможно, за бой в Богородичном. Мы там с поляками схлестнулись. Либо за Дробышево, когда там был пустой фронт и бросили „барсов“, чтобы залатать дыры. Мы держались там десять дней, чуть не попали в окружение, прорывались под огнем танков».
На вопрос, почему пошел на фронт, отвечает, что было стыдно, когда многие знакомые были на СВО, а он оставался в стороне.
«У каждого большого решения есть множество причин. Еще с 2014 года мой знакомый участвовал в боевых действиях на Донбассе, я тоже хотел присоединиться, очень переживал за людей, которые там живут. Но тогда меня подвело здоровье — у меня было очень плохое зрение. Я был бы там бесполезен. К 2022 году я сделал лазерную коррекцию зрению и понял, что меня больше ничего не сдерживает», — поделился Дмитрий.
«За неделю я стал бойцом»
У Дмитрия не было боевого опыта, но он решил найти возможность попасть на фронт.
«Я нашел подразделение, куда берут без опыта, это был отряд „Барс-13“. Я отправил заявку, мне позвонили и сказали, что нужно приехать на собеседование в Ростов. За несколько дней я собрался, сказал родителям, что еду в горы, и поехал. Там я подписал контракт. Пару дней подготовки — тогда я впервые взял в руки автомат, и уже через несколько дней был за ленточкой», — рассказал Дмитрий.
Он взял позывной Хайдер и буквально за неделю стал бойцом.
«Нас отправили на Изюмское направление в село Богородичное. За месяц до этого этот населенный пункт освободили — произошла небольшая стабилизация, закончились штурмы, нужно было только удерживать позиции. Стрелковых боев уже не было, но летали дроны. Я слушал командира, делал то, что говорили, старался не выпендриваться, учился. Благодаря этому, наверное, и выжил. После одного месяца стрелком в Богородичном, когда нас долбили артиллерией и сверху постоянно били беспилотники, я проявил инициативу. Увидел там, что один человек у нас занимался дронами,
подошел к нему. Получилось так, что в том числе и я стоял у истоков формирования отделений БПЛА в нашем отряде. Фактически освоил новую профессию на фронте», — поделился герой.
Дмитрий даже стал обучать других бойцов. Он говорит, что на СВО очень нужны те, кто имеет хоть какие-то навыки в работе с электротехникой и радиоэлектроникой
Боец уверен: «Это современная война — война техники. Если есть хоть какие-то знания о беспилотниках и радиоэлектронной разведке, радиоэлектронной борьбе, то эти навыки надо развивать. Такие специалисты там на вес золота. Если в этом направлении мы будем развиваться быстрее противников, Победа будет не за горами».
По словам Дмитрия, научиться управлять дронами можно даже на гражданке. Достаточно скачать игру, которая полностью имитирует работу дронов.
«Эта игра развивает реакцию и мелкую моторику — при управлении дроном нужно быстро совершать движение пальцем. Когда я тренировал бойцов, мы купили джойстики и на ноутбуке, на симуляторах тренировались. Нужно приучить мозг, чтобы координировать движение пальцев с движением дрона на экране, нужно развивать пространственное мышление. Я думаю, направление с дронами будет развиваться и шириться. Если кто опасается, это не настолько опасно, адреналина намного меньше. А на адреналин реально подсаживаешься, многие и возвращаются за этим», — поделился Дмитрий.
«Самый страшный бой — самый первый»
«Были и слезы, когда вывозили беженцев. Деревня Дробышево была на украинской территории с 14-го года, то есть оттуда добровольцы отступили. Украинские солдаты относились к местным жителям как к предателям. Рассказывали такие истории, когда люди приходили к бойцам ВСУ за едой, а они наставляли на них автоматы и прогоняли, угрожая расстрелом. Это добавило мне мотивации, чтобы продолжать сражаться. Продолжать сражаться за этих людей, которые очень многое терпели, а нас они воспринимали как освободителей», — говорит он.
Дмитрий поделился, что самый страшный бой — это, как правило, самый первый. Когда он только прибыл на СВО, было затишье, но уже на второй день ему пришлось выносить раненого — командир позиции подорвался на растяжке.
«А в первую неделю на наблюдательной позиции, которая находилась на крыше дома, меня накрыли из пулемета. Я отстреливался какое-то время. Потом, как мне сказали, было два взрыва — били из гранатомета. Если бы они не промахнулись, я бы сгорел», — вспоминает Дмитрий.
Артобстрелы были ежедневными, бойцы к ним уже привыкли. Привыкнуть, как оказалось, можно и к чувству страха.
«Наверное, все зависит от психики, все индивидуально. Но вообще я видел, как люди ломаются — настолько себя замучивают страхом, что чуть не сводят сами себя с ума. Не все могут быть воинами. Мне очень понравилась одна мысль, что воевать хорошо можно, если ты уже умер, то есть смирился. Конечно, все равно боишься, но уже не паникуешь, спокойно анализируешь. Там инстинкты обостряются, если слишком долго не думать, то инстинкты сами подсказывают, что делать», — объясняет Дмитрий.
«Нашли вайфай и начали звонить родным — говорить было тяжело, голос дрожал»
Тяжело было сообщить родным, что он находится на СВО, вспоминает Дмитрий.
«Когда я ушел, сказал родителям, что еду в горы. Но когда я оказался в зоне СВО, связи не было и мои близкие начали паниковать, им было очень тяжело. Связи не было первый месяц. Когда мы вышли на переформировку в тыл под Луганск, в первом попавшемся магазине мы нашли вайфай и сразу же начали звонить родным. Говорить было тяжело, голос дрожал... тот разговор я даже не могу повторить. Позвонить матери было сложно, она у меня пожилая, ей уже 75 лет. Я чувствую себя виноватым, что подверг ее такому стрессу», — рассказывает боец.
Через три месяца — в ноябре 2022 года у Дмитрия закончился контракт. Он хотел вернуться снова, но начались серьезные проблемы со здоровьем. Тогда он решил приближать Победу в тылу и устроился работать на авиационный завод. Ему помогает Фонд «Защитники Отечества», который решил его вопрос по медицинской части. Сейчас он состоит в Союзе ветеранов СВО Татарстана и участвует в патриотических мероприятиях.
«На СВО становятся настоящими мужчинами и воинами. Они понимают, для чего они туда пошли, и понимают свою ответственность. Я хочу снова туда. Смотрю на эти ролики из Сети с подвигами наших бойцов и говорю себе, что это должен был делать я. Я в любой момент готов. Чувствую, что даже хотел бы туда пойти, но обстоятельство есть, которое в данный момент не позволяет вернуться на фронт», — с сожалением говорит Дмитрий.
Дмитрий очень рад, что наша страна не ощущает на себе тягот войны и живет обычной жизнью.
«Когда приближаешься к зоне СВО, к Ростовской и Белгородской областям, там видно, что люди уже все понимают, все чувствуют, и там люди нас больше поддерживают. Здесь, живя в спокойствии, люди не чувствуют той опасности, которая грозит нам со стороны Запада. Я считаю, что все, кто встал на защиту Родины, все — герои, потому что они пошли защищать свое Отечество. А друг для друга мы все — братья. Если кого-то ранило, ты без разбора будешь каждого выносить из-под обстрелов, даже если кажется, что у тебя уже совсем нет сил. И неважно, понимают ли тебя здесь, главное, чтобы ты сам понял и знал, для чего ты туда идешь», — заключил Дмитрий.
Следите за самым важным и интересным в Telegram-каналеТатмедиа
Подпишитесь на Telegram- канал газеты «Маяк», а так же читайте нас в «Дзен» и всегда оставайтесь в курсе новостей района!
Нет комментариев