Азнакаево
  • Рус Тат
  • Надо дорожить мирной жизнью

    1941-й год в мою память - память 10-летнего ребенка, навсегда врезался пронзительным гулом низко летящих фашистских самолетов, полем, усеянным телами погибших под разрывами бомб, голодом, холодом, тяжелым чувством сиротства…. Перед войной наша семья проживала в украинском городе Новоград-Волынский. Рано утром мы проснулись от грохота разрывов снарядов. В страхе мать обняла...

    1941-й год в мою память - память 10-летнего ребенка, навсегда врезался пронзительным гулом низко летящих фашистских самолетов, полем, усеянным телами погибших под разрывами бомб, голодом, холодом, тяжелым чувством сиротства….

    Перед войной наша семья проживала в украинском городе Новоград-Волынский. Рано утром мы проснулись от грохота разрывов снарядов. В страхе мать обняла нас, детей, и горько запричитала: «В этом кошмаре умрем все вместе...»

    ...Невообразимое творилось и на улице: пламенем были объяты дома, магазины, взорваны склады... Электричества, воды питьевой нет. Солдатскую столовую, что была неподалеку от нашего дома, замаскировали сверху ветками деревьев, наверное, поэтому она уцелела во время бомбежки. Такие же, как мы, голодные дети прибегали сюда в надежде, что вдруг перепадет кусок хлеба. Немцы часто бомбили, но еще не дошли до нашего городка. Взрослые день и ночь были заняты на отправке в тыл оборудования заводов, на строительстве оборонительных сооружений, рыли окопы... Там мы и потеряли отца…

    Глубокой ночью нас погрузили в машины и доставили на железнодорожную станцию, чтобы поездом отправить в тыл. Только начали посадку в вагоны, как снова бомбежка. В страхе все разбежались кто куда, пытаясь укрыться от вражеских снарядов. Большинство спрыгнуло в противотанковые рвы.

    Реклама

    Когда опасность миновала, вновь началась посадка. А я не могла найти мать с сестренкой. В кромешной тьме бегаю от одного рва к другому, реву в голос: поезд уйдет, а мать останется... Наконец, в одной глубокой яме нашла ее. Чуть поодаль лежала оглушенная сестричка. Страшно напуганные, они не могли встать. Мы все же добрались до состава. Возле вагонов опять суматоха, толкотня: всем хочется уехать быстрее. Кто посильнее, расталкивая других, пробираются внутрь вагонов. 12-летний брат нашел местечко между вагонами и помог нам взобраться...

    До Киева состав сопровождали два наших истребителя. В городе нас накормили, дали возможность передохнуть и отправили в Куйбышев - ныне Самару. А оттуда недалеко и до деревни. Железнодорожные дороги были перегружены военной техникой, эшелонами с новобранцами, ехавшими на фронт, поэтому до станции Бугульма наш путь был долгим, как говорится, с приключениями. В конце концов, мы все-таки добрались до бабушкиной деревни.

    В те тяжелые времена люди были добропорядочными, милосердными, делились всем, чтобы было. Приютили и нас, горемычных. Постепенно мы стали забывать пронзительный свист снарядов, грохот взрывающихся бомб. Но жизнь в тылу была также тяжелой, порой невыносимой. Трудно приходилось матери, поэтому мне, 13-летнему подростку, пришлось бросить учебу в школе и работать в колхозе.

    ...Столько пережито в то военное лихолетье!.. Поэтому всем нам надо дорожить сегодняшней мирной жизнью.

    Нурдида ШАЙХЕЛИСЛАМОВА, деревня Ильбяково

    Нравится
    Поделиться:
    Реклама
    Комментарии (0)
    Осталось символов: