Азнакаево
  • Рус Тат
  • Дитё военной поры – Шамсури апа из Азнакаево приручила огонь

    Лиза НУРЛЫЕВА В вагонах товарняка народу набилось столько, что не продохнуть. Приютившаяся в уголке Шамсури не сводила глаз с входных дверей: ведь мамы, которая вышла с братишкой по нужде на остановке, все не было. Вот поезд уже тронулся, сердце девочки забилось так, будто хотело выскочить из груди, к ее горлу...

    Лиза НУРЛЫЕВА

    В вагонах товарняка народу набилось столько, что не продохнуть. Приютившаяся в уголке Шамсури не сводила глаз с входных дверей: ведь мамы, которая вышла с братишкой по нужде на остановке, все не было.

    Вот поезд уже тронулся, сердце девочки забилось так, будто хотело выскочить из груди, к ее горлу подступил неудержимый горький ком. Однако, ехавшие рядом женщины успокаивали ее, приговаривая: «Не волнуйся, мама с братом еще догонят нас».

    Девчушка, поверив их словам, перестала плакать, принимая еду, которой подкармливали ее земляки, стараясь не создавать им лишних хлопот, смиренно и тихо поехала дальше. Но ее душу наполнило нестерпимое чувство обиды… Почему, на кого и за что? Этого малышка не понимала, не могла объяснить.


    Рашиту и Минненур с двумя малолетними детьми, которые уехали в 1940 году из деревни Курай Елга в Тулу работать на горнодобывающих шахтах, счастье так и не улыбнулось. Привыкнув к городской жизни, они стали потихоньку обживаться, но, в одночасье разрушив все, началась война. Рашита в первые же месяцы забрали на фронт.

    Минненур с другими женщинами ходила копать окопы. При выполнении нормы выдавали 500 граммов хлеба, а нужно было еще кормить двух малышей, которые ждали дома маму. Каждый день, уходя на работу, все трудоспособные жители на всякий случай заводили детей в подвал. Ведь никто не знал, когда немецкие самолеты могут совершить бомбежку, а так - надежней. Город жил в режиме военного положения: опаздывать с утра на работу нельзя, если припозднишься после восьми вечера, патруль задержит за нарушение комендантского часа.


    В один из дней соседи обрадовали женщину неожиданным известием: эшелон, в котором ехал глава семьи, проходил мимо их станции, там он успел бросить из вагона потрепанную солдатскую ушанку, а в ней - жестяная кружка и письмо-треугольник. Он писал, что враги подступают к Туле, и велел жене как можно скорее уехать в родные края.


    …Так, с бесчисленными пересадками, дорогой испытаний и лишений за 16 дней добрались до Татарии. Попутчики довезли и оставили Шамсури в Сухояшево у дальних родственников, понадеявшись, что ее заберут родные или приедет мать. В крохотной деревенской избе в два окна ютились 11 душ. Когда через два-три дня за девочкой приехал дядя из Курай Елги, она бойко заявила «пусть сначала вернут пальто «москвичку» и валенки отца, только тогда поеду!» Ведь и вещмешок с пожитками, и мамин деревянный чемодан были очень дороги для нее, и никак не хотелось мириться с этой потерей. Но, оказалось, что их багаж, посчитав вознаграждением за сопровождение девочки, уже забрали с собой попутчики Шамсури.


    Она выросла волевой, научилась не поддаваться превратностям судьбы, пробивать себе дорогу честным трудом. Никогда не терпела несправедливость, возмущенно отстаивала правду. С пятого класса ходили учиться в Сухояшевскую школу. Хотя мать не оставалась в стороне ни от какой колхозной работы, часто случалось так, что Шамсури с братишкой обходили тогдашними «привилегиями». Помнится, когда другим ребятишкам, чьи отцы погибли на фронте, выдавали одежду, им отказали, пояснив, дескать, вас в семье только двое. Как обидно было ей тогда! Однако этот подростковый бунт не мог пойти дальше юной девичьей души.


    После окончания семилетки, девушка пошла в колхоз. Не боялась никакой работы - заготавливали сено, носили солому, ухаживали за скотиной. Трудилась и во Владимирской области на торфяных разработках, и в Куйбышеве на лесоповале.


    Однажды с твердым намерением освоить профессию, она поехала в Актюбу. Устроилась на стройку, здесь рыли траншеи под фундаменты, носили на руках песок, клали кирпич… Так, вместе с такими же, как она сама, молодыми парнями и девушками, они поднимали поселок…


    В строительно-монтажном участке НГДУ «Азнакаевскнефть» быстро заметили, оценили по заслугам шуструю работящую девушку. Никто не удивился, когда она записалась на курсы подготовки сварщиков в учебном комбинате, не сомневались, что осилит эту специальность. Так она приручила огонь, и ловко орудуя инструментом, в течение 20 лет наравне с мужчинами работала сварщиком. Трудилась на самых ответственных участках, проявила себя, как мастер своего дела. Ежегодно завоевывала победы в соцсоревнованиях, получала Почетные грамоты управления, удостоена звания «Ударник коммунистического труда». При начальнике НГДУ Раувеле Ишкаеве ее труд оценили просторной, удобной квартирой…


    … С Шамсури апа мы познакомились, когда лечились вместе в больнице. Удивительно интересно было слушать ее воспоминания, степенные, живые рассказы о прошлом. Я долго не могла поверить, что эта хрупкая женщина, природную красоту которой не смогли стереть ни годы, ни испытания, могла освоить такую по-настоящему мужскую профессию. А ведь она не просто выполняла свою работу, она любила ее, видела в ней свое предназначение!


    К Шамсури апа то и дело приходили проведать двое сыновей, часто навещали невестки, внуки. У любимой бабушки, окруженной вниманием большой семьи, уже есть 4 внука и 2 правнука. Она и сама до последних дней жизни матери Минненур, которая была ветераном труда и тыла, вдовой участника войны, окружила ее заботой, достойно проводила в последний путь. С той же теплотой сейчас дети и внуки относятся и к бабушке Шамсури. Пример доброго семейного воспитания, почтения к старшим передается из поколения в поколение.


    Жизненный путь каждого из детей военной поры - пример мужества и стойкости…

    Реклама

    Следите за самым важным и интересным в Telegram-канале Татмедиа


    Нравится
    Поделиться:
    Реклама
    Комментарии (0)
    Осталось символов: